Летчик Виктор БАБКИН: где и как погиб экипаж?
0
2449
В нынешнем году уроженцу нашего города, участнику Великой Отечественной войны Виктору Андриановичу БАБКИНУ исполнился бы 101 год. Но он, как и многие представители того военного поколения, не дожил до наших дней и погиб в июле 1944 года. Память о летчике-герое хранят не только родные. Сведения о нём есть в Книге Памяти «Солдаты Победы города Бронницы» и в нашей городской газете. К примеру, в «БН» №7 и №9 от 14 и 28 февраля 2013 года об этом бронницком пилоте были опубликованы две статьи. В них рассказывалось в основном об отдельных фактах биографии погибшего пилота и о боевых действиях полка, в котором он служил. Однако, точное место захоронения нашего погибшего земляка многие десятилетия не было известно. В результате активной и плодотворной деятельности известного раменского поисковика, нашего постоянного автора – Александра Горбачева у редакции появилась возможность дополнить драматическую военную судьбу нашего земляка новыми интересными подробностями. Публикуем исследование поисковика в нашей редакционной обработке.

Начну с того, что мне удалось обнаружить учетно-послужную карточку (УПК) погибшего офицера. Вот какие сведения туда внесены: «Бабкин Виктор Андрианович, 20 января 1921 года рождения, г.Бронницы Московской обл. Член ВКП(б), партийный билет №2563163. Окончил 10 классов в 1939 году. 25 ноября 1939 года был призван в Красную Армию и сразу же зачислен курсантом в Мелитопольское военное авиационное училище летчиков-наблюдателей».

Отмечу, что об этом училище упоминается в книге воспоминаний «Записки штурмана» Н.Н.Пантелея. Там есть такие строки: «И вот началась моя военная курсантская жизнь. Изучали мы новые для меня учебные дисциплины: аэронавигация (самолетовождение, радионавигация, астронавигация), тактика (общая, авиа­тактика), топография, история ВКП(б) (марксизм-ленинизм, политэкономия), бомбометание, военно-стрелковая подготовка, теория авиации, радиосвязь, аэрофотосъемка, материальная часть самолета и моторов, физическая подготовка, строевая подготовка и специальная подготовка (приемы и методы работы иностранной разведки). Основные предметы были: аэронавигация, тактика, история, теория авиации, физическая подготовка, бомбометание, воздушно-стрелковая подготовка, ну и практическая подготовка – полеты.

В начале марта 1939 года мы получили самолеты У-2 и Р-5, к нам прибыли и инструкторы – выпускники Батайского авиационного училища. Все они были летчиками в звании младших лейтенантов. В начале апреля 1939 года училище перебазировалось в летние лагеря – это примерно в полукилометре от учебного корпуса и зимних квартир. Там были оборудованы палатки, спортивный городок, а занимались в классах в учебных корпусах. В практических полетах мы продвинулись далеко, уже начали бомбить, то есть бросать бомбы с самолета по целям на полигоне (полигон – это специально отведенное поле, где располагались наземные цели). Летали уже на самолетах Р-5 (разведчик, типа 5).

Весной 1940 года поступил приказ Народного Комиссара Обороны об ускоренном выпуске из нашего училища. Были отобраны отличники из двух учебных эскадрилий и образованы десять классных отделений, куда попал и я. Был я в десятом отделении. Началась аттестация отобранных курсантов. Меня аттестовали на звание «лейтенант» с направлением в дальнюю авиацию. В начале 1940 года в училище прибыла госкомиссия из Москвы и нас подвергли государственным экзаменам по основным дисциплинам...».

Таким образом, вышеназванное Мелитопольское военное авиационное училище в предвоенные годы готовило летчиков-наблюдателей (штурманов) с летной подготовкой. Выпускникам выдавался металлический нагрудный знак «Летчик-наблюдатель и штурман Военно-авиационного училища (ВАУ) Рабоче-Крестьянской Красной Армии (РККА)»: ромб, в середине скрещены спаренный пулемет и воздушная бомба; сверху прикреплены крылья со скрещенными мечами, пропеллер и в середине красная звезда. У выпускников-отличников крылья летной эмблемы позолочены.

«Зимняя война» с Финляндией наглядно показала, что в воздушных войсках, готовившихся к новой войне, нужны не вчерашние неопытные курсанты, а летчики, прошедшие боевое слаживание в реальных эскадрильях и умеющих летать и воевать в их составе. Вот и выпускники училищ, прошедшие обучение по сокращенной программе летчиков и штурманов, активно практиковались и доучивались в войсках. И это было лучшим вариантом доучивания. Ведь все командиры Красной Армии хорошо понимали, что новая война неизбежна. Причем, противостоять придется хорошо подготовленным германским войскам.

В 1940 году курсант Бабкин также был досрочно выпущен из авиаучилища. 28 ноября ему присваивают воинское звание младший лейтенант и направляют в 312-й резервный авиаполк. А 20 июля 1942 года вчерашний выпускник был переведен стрелком-бомбардиром в 507-й ближнебомбардировочной авиаполк. Летом-осенью 1942 года на самолетах Пе-2 полк действовал в составе 248-й бомбардировочной авиационной дивизии на Брянском фронте. В ноябре 1942 года дивизия была реорганизована в дивизию ночных бомбардировщиков на самолетах У-2. Полки Пе-2 вышли из ее подчинения. Материальная часть 507-го авиационного полка и часть летного и технического состава пошли на укомплектование 32-го бап и 778-го бап. Оставшийся личный состав со штабом и управлением убыл в тыл, где и был в дальнейшем распределен в другие части.

Согласно записи в учетно-послужной карточке (УПК) младший лейтенант Бабкин был назначен штурманом в 260-й бомбардировочный авиаполк, где в дальнейшем служил и погиб 21 июля 1944 года (в УПК ошибочно указана дата – 31 июля 1944 года). В 3-м томе Книги Памяти «Солдаты Победы города Бронницы» размещена информация о предполагаемом месте захоронения Виктора Бабкина. Давайте посмотрим, насколько же указанное там село Сухожинцы Каменец-Подольской области может быть связано с районом действий 260-го бомбардировочного полка в день гибели нашего земляка 21 июля 1944 года?

Согласно записям в журнале боевых действий 8-й воздушной армии на 16 июля 1944 года этот полк дислоцировался на аэродроме Христовка. Если как следует изучить боевые карты 1-го Украинского фронта, то Христовка и Сухожинцы – это две деревни, расстояние между которыми всего 3 км. Находятся они соответственно в 20 км северо-западнее от с.Антонины (в войну Антониновский район) и в 40 км от Староконстантинов (сейчас Староконстантиновский р-н). В войну это была Каменец-Подольская область, а сейчас – Хмельницкая. Итак, связь между полком и деревней самая непосредственная. Но какова вероятность того, что летчик Бабкин похоронен на аэродроме базирования?

Вот записи из журнала боевых действий (ЖБИ) 260-го бап от 21 июля 1944 года: «Вылет 6.58. Нанести бомбардировочный удар по аэродрому Цунюв (на современных картах Цунев). Для этого от 1-й авиаэскадрильи (АЭ) выделить самолетов – 7, от 2АЭ – 9, от 3АЭ – 8, упр. – 1. Маршрут: ИПМ (пункт маршрута исходный) Ляховцы, Грановка, Каменка Струмилова, Янов, Цунюв, цель (Городок)... Н=2300-2800м. Результат: уничтожены 2 склада, одна казарма, 2 автомашины, разрушено 25 зданий. Обстреляны интенсивным огнем из района (неразбочиво) до 4 батарей...» Сведений о потерях своих самолетов в ЖБИ нет.

Вот другая запись: «Вылет 16.22. Нанес­ти бомбардировочный удар по скоплению живой силы и техники в пункте Богданувка. ИПМ (исходный пункт маршрута) Ляховцы, Грановка, Каменка Струмилова, цель (Богданувка)... Н=4300. Результат: отмечено 7 пожаров и уничтожение склада. Обстреляны интенсивным огнем зенитной артиллерии противника в районе цели до 6 батарей и атака 14 истребителей противника Ме-109. Сбиты в воздушном бою 4 истребителя противника». Сведений о потерях своих самолетов в ЖБИ нет.

Важно отметить, что аэродром Цунюв находился в 20 км западнее Львова, а с.Богданувка в 25 км восточнее. Это в 190-240 км от аэродрома Христовка, из них 40-60 км над территории, занятой немцами. И на маршруте, и над целью бомбардировщики могли подвергаться обстрелам зенитной артиллерии и нападениям немецких истребителей. Для защиты бомбардировщиков выделялись истребители, но и они сами были способны вести воздушный бой. Самолеты могли быть или подбиты, или повреждены. В таком случае они, оторвавшись от основной группы, пытались дотянуть до своего аэродрома или шли на вынужденную посадку. Из подбитых неуправляемых самолетов те члены экипажа, которые были способны двигаться, выбрасывались с парашютом.

В том случае, когда подбитый краснозвездный самолет падал на нашей территории, выжившие члены экипажа искали наземные части Красной Армии, сообщали о себе в вышестоящий штаб и добирались в свой полк. После того, как был замечен упавший самолет, от ближайшей воинской части туда направлялась соответствующая команда. Её целью было выяснение судьбы членов экипажа, сбор их документов и фиксирования тактических знаков, которые на самолет нанесены для передачи их по команде и определения принадлежности самолета.

Если же авиационные машины падали на территорию, где находились германские войска, то выжить и добраться к своим членам экипажа было гораздо труднее. Пилоты или погибали при падении и перестрелке с немцами, или долго выбирались к своим по вражеским тылам, или же в худшем случае попадали в нацистский плен. К примеру, если говорить об окрестностях Львова, то там местное население вообще не было настроено на помощь советским войскам. Таким образом, упавшие за линией фронта самолеты, как правило, находили уже после освобождения территорий. А в том случае, когда сбитая машина упала где-то в глухих местах или утонула в болоте, она так и оставалась в неизвестности.

Бывало, что подбитый самолет с раненым летчиком разбивался при посадке на свой аэродром. Этому всегда были свидетели и в донесении о безвозвратных потерях так и писали: «Погиб при катастрофе самолета». Если самолет сбивали и другие летчики могли это подтвердить, писали: «Сбит над целью (или в районе...)». Если подбитая машина отставала от группы или была сбита, но никто не видел, когда и где это произошло, о ней писали: «Не вернулся с боевого задания». 21 июля только в налетах 260-го полка принимали участие 25 и 24 боевых машины. Но в них участвовали еще и самолеты других подразделений 244-й бомбардировочной авиационной дивизии, в состав которой входил 260-й полк. Таким образом, это была достаточно большая группа, и точно утверждать, что сбит самолет конкретного полка, было непросто.

Впоследствии, если самолет падал на своей территории, сведения о нем от наземных частей доходили до командования полка. Вот тогда и принималось решение о доставке экипажа на свой аэродром и захоронении (если, конечно, было что хоронить). Но в донесении уже была запись «не вернулся с боевого задания», т.е. место гибели неизвестно. Потом командир полка или непосредственный командир писали родственникам летчика о его гибели и месте захоронения. Если же эти письма или «похоронки» терялись, то название места захоронения в последующих рассказах могло искажаться. Поэтому и требуется проверять его «привязку» к району действия части в период гибели.

Отмечу также тот факт, что летчики 260-го бап воевали на американских самолетах «Бостон» модификации A-20G. Это был чисто штурмовой вариант без места штурмана в носу, замененного батареей из четырех 20-мм пушек или шести 12,7-мм пулеметов. Но основным штурмовиком у нас был Ил-2, поэтому «Бостоны» использовали в другом качестве, для чего уже в СССР их подвергали серьезным доработкам.

При переделке A-20G стали оборудовать место штурмана за задней стрелковой точкой. Для него прорезались боковые окна, а сверху над ними находился небольшой прозрачный купол. Надо сказать, что такое размещение места штурмана было не очень удобно из-за сильно ограниченного обзора. При этом стандартная носовая часть A-20G сохранялась. В ходе атаки такие машины обычно пускали первыми для подавления зенитного огня кораблей.

Известна переделка самолета, выполненная в 244-й дивизии, в состав которой входил 260-й бап. Из носовой части убрали четыре верхних пулемета, остеклили её, установили там кресло штурмана и все необходимое оборудование. Изменение центровки скомпенсировали стальными плитами в штурманской кабине, которые являлись одновременно дополнительной броневой защитой. Таким образом, получалось, что штурман, как член экипажа, вылетал на боевые задания.

Судя по записям в документах, 21 июля 1944 года погибшими в авиационном полку числились четыре офицера: один летчик и два штурмана погибли при выполнении боевого задания, а штурман звена лейтенант Бабкин не вернулся с боевого задания. В списке погибших сержантов три стрелка-радиста и один воздушный стрелок, т.е. члены разных экипажей, но установить, с кем летал Бабкин, невозможно.

На дореволюционных картах кладбища в обеих деревнях, но в Сухожинцах крупное. На более поздних картах сельское кладбище между д.Христовка и Сухожинцы, но ближе ко второй. Видимо, на этом кладбище и хоронили погибших летчиков 260-го бап. Например, 16 июля 1944 года бомбардировщик при взлете взорвался на своих бомбах, экипаж числится похороненным в Сухожинцах.

Здесь можно предположить разные версии гибели экипажа (не имея письма с датами). Первый вариант: самолет Бабкина был сбит над целью и упал на занятой немцами территории. Уже через 10 дней 1-й Украинский фронт воевал на территории Польши и наступающие войска обнаружили самолет и тела погибших членов экипажа. По документам определили полк, о чем и сообщили по команде.

Второй вариант: самолет упал на нашей территории, также обнаружен наземными частями, которые и передали информацию «наверх». Получив ее, командир полка или по его просьбе командир дивизии, штаб которой также дислоцировался в Христовке, выслал транспортный самолет к месту падения, экипаж доставили на аэродром Христовка и с почестями похоронили на кладбище в Сухожинцах.

Точные обстоятельства гибели установить не удалось, т.к. в журнале боевых действий полка нет сведений о сбитых или невернувшихся самолетах, что неоднократно встречается в документах других полков.

При этом достоверно установлено, что родственники, указывая место гибели летчика Бабкина, не ошиблись в названии деревни Сухожинцы. Именно там подтверждено захоронение в ней летчиков 260-го бомбардировочного полка. Сейчас в силу известных обстоятельств уточнить наличие могил невозможно. В послевоенное время воинские захоронения укрупнялись, мелкие и одиночные могилы переносили в более крупные деревни или города. Но не всегда переносили могилы с кладбищ, т.к. они уже находились в местах, для захоронения предназначенных. Будем надеяться, что могилы летчиков в Сухожинцах не потеряны.
Александр ГОРБАЧЕВ
Назад
Авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий